Николай Васильевич Склифосовский родился 25 марта ( 6 апреля ) 1836 года на южном хуторе с пророческим для его биографии названием Карантин. . Там располагалась карантинная станция, в которой проверяли всевозможные продукты, поступающие в Херсонскую губернию.
Рядом действовал тыловой госпиталь для военнослужащих, больных инфекционными заболеваниями, – тоже своего рода карантин. Отец Николая был письмоводителем Дубоссарской карантинной конторы. Мать его много болела, в доме частыми гостями были доктора. Словом, выбор профессии был более чем мотивирован.
Николай Склифосовский был девятым ребенком из 12 детей и после смерти отца попал в одесский сиротский дом, где оставался до окончания гимназии. Окончил он ее с серебряной медалью, и 18 лет от роду был принят в Московский университет на бесплатное обучение и на казенное содержание Одесского приказа общественного призрения. В 1859 году он окончил медицинский факультет университета, получил звание «лекаря с отличием с правом по защищению диссертации получить степень доктора медицины». С екатерининских времен врачи в Российской империи имели три научно-практические степени: лекарь, доктор медицины и доктор медицины и хирургии. Только в 1884 году эта триада была заменена одной степенью-званием — доктор медицины, отмененной в 1918 году, когда доктора стали врачами.
Молодой человек рос педантом, аккуратистом и немного занудой – для врача очень ценные качества. После получения диплома Николаю Васильевичу предложили должность ординатора одесской городской больницы.
Затем – докторская диссертация, стажировка в Германии, медицинская служба в прусской армии (конечно, с согласия российских властей), работа во Франции, Англии и Шотландии. Возвращение в Россию, публикация ряда научных трудов, руководство кафедрой хирургической патологией в Киевском университете и, наконец, первое более-менее стабильное рабочее место – кафедра хирургической патологии в Императорской медико-хирургической академии.
Склифосовский живет и работает в столице, ему 35 лет, у него все впереди.
Склифосовский увлеченно занимается наукой. Публикует одну работу за другой. Круг его профессиональных интересов поразительно широк: «Резекция обоих челюстей», «Оперативное лечение неподвижности коленного сочленения», «Вырезывание зоба», «Сосочковое новообразование яичника», «Краткое руководство по хирургии».
Он разрабатывает уникальный метод сращивания раздробленных костей, который в нашей стране до сих пор называют «замком Склифосовского», а за границей – «русским замком».
Но главный его и научный, и практический интерес – борьба с микробами. Он был во многом вызван именно фронтовым опытом.
Именно при Склифосовском и исключительно благодаря ему к этому важному аспекту деятельности врача вообще и хирурга в первую очередь начали относиться серьезно. До него ограничивались опрыскиванием операционной карболовой кислотой (очень, кстати, вредной как для самого больного, так и для всей хирургической бригады).
Использованный инструмент совали в банки с теплой водой. Бинты швыряли на пол, а потом использовали повторно, уже на других больных. Проветривали редко. В операционной стоял тяжкий дух.
Николай Васильевич изменил все. В операционной Склифосовского инструменты стерилизовали, использованные бинты сжигали, руки мыли несколько раз за одну операцию. Вместо деревянных столов, прекрасно впитывающих всякую заразу, использовались исключительно металлические.
В 1880 году Николая Васильевича приглашают руководить медицинским факультетом Московского университета и заведовать тамошними клиниками
и Николай Васильевич приступает к главному делу своей жизни – созданию университетского клинического городка на Девичьем поле.
Основная идея Николая Васильевича состояла в том, что обучение будущих врачей должно происходить безотрывно от медицинской практики.
Сейчас это покажется странным, но до Склифосовского студенты только посещали университетские аудитории, а первого больного видели уже после получения диплома.
Для этого и требовался целый медицинский город, где операционные и смотровые соседствовали бы с аудиториями стена к стене.
Только в 1887 году состоялась торжественная закладка нового комплекса. Но уже спустя три года были полностью готовы клиники – терапевтическая, хирургическая, нервных болезней, глазная, пропедевтическая , хирургическая госпитальная и терапевтическая госпитальная, а также институты – фармакологии, общей патологии, патологической анатомии и гигиены. Это не считая многочисленных вспомогательных построек.
Точка на этом не была поставлена. Каждый год появляются новые клиники – психиатрическая, акушерская, гинекологическая. Здесь преподают, оперируют и практикуют медицинские светила первой величины: Сербский, Захарьин, Корсаков, Ганнушкин, Филатов, Эрисман. И, конечно, сам Склифосовский – ему больше не нужно метаться между операционной и аудиторией, а подготовка выпускников не идет ни в какое сравнение с тем, что было до этого.
Сегодня это – Сеченовский университет
В 1893 году Склифосовский возвращается в столицу. Новое назначение столь же почетно. Николай Васильевич становится директором Клинического Еленинского института усовершенствования врачей.
А в 1900 году все заканчивается. Старший сын Владимир вступает в тайную террористическую организацию и получает задание убить губернатора Полтавы Александра Бельгарда. Увы, это сделать непросто, ведь полтавский губернатор – один из давних друзей семьи Склифосовских, человек знакомый и любимый с детства.
Убить такого человека было невозможно в принципе. Отказаться от задания – тоже. В результате благородный юноша выбирает третий путь – запирается у себя в комнате в полтавском поместье Склифосовских Отрадное и стреляется.
Первый инсульт разбил Николая Васильевича в тот момент, когда он шел на кладбище за гробом сына. Затем было еще три инсульта. О том, чтобы продолжить работу, не могло быть и речи. Склифосовский уединяется в Отрадном, которое он с момента трагедии категорически запрещает называть Отрадным – оно вновь становится Яковцами, как было еще до его приобретения. Строит в память о Владимире бесплатную школу для крестьян.
В 1904 году Склифосовский скончался. В этот день V съезд российских хирургов, проходивший в Москве, открылся словами: «Сошел в могилу, несомненно, один из самых выдающихся хирургов нашего отечества, имя которого мы привыкли ставить тотчас после имени великого Пирогова».